Моя примечательная непримечательная жизнь, Часть 4:
(Как я был складчиком АСУГазМетрологии в гостинице Интурист города Ургенч Узбекской ССР)

Евгений Карасик,
Оттава, Канада

У моего отца был знакомый, полковник Альтман, служивший на военной кафедре Азербайджанского Института Нефти и Химии. У него было два сына, один гражданский а другой военный. Военный служил где-то очень далеко на Дальнем Востоке и служить ему там надоело. Перспективы вырваться оттуда было никакой потому, что как говорили в армии, есть два типа военных округов, "За" и "При" (например, Забайкальский и Прибайкальский) и если ты попал в "За" то как ни при в "При" не попадешь. А он служил в "За". И вот он решил уйти из армии. Но как это сделать? Офицер был обязан отслужить минимум 25 лет. На его счастье в военном госпитале в том месте, где он служил, была женщина воен-врач, с которой он закрутил роман. И она сделала ему "белый билет", то есть сделала так, что медицинская комиссия аттестовала его как негодного к дальнейшей строевой службе. Он вернулся в Баку и устроился кажется в авто-парк.

Через некоторое время его отец стал жаловаться моему отцу, что сын в авто-парке работать не может, что там либо его кто-нибудь убъет, либо он кого-нибудь убъет, и что он хочет снова вернуться в армию. Альтман стал просить моего отца взять его к себе. "У него же белый билет",- ответил мой отец. "Мы этот вопрос решим", - ответил Альтман, - "Возьми его к себе, а то убъют его там в этом авто-парке".

Мой отец пожалел его и взял на службу в один из полков бакинской дивизии. Полк находился километрах в 25-ти от Баку, в поселке Перекишкюль. Он думал, что слелал Альтману доброе дело. Но тот, оказалось, думал иначе. Прося моего отца взять своего сына к себе, он видимо рассчитывал, что мой отец буквально возьмет его к себе, то есть в штаб дивизии в Баку а не в полк в 25-ти км от Баку! Как оказалось позже Альтманы оскорбились и затаили обиду.

Прошло несколько лет. Альтман умер. Однажды мои родители встретили на кладбище его второго сына, Сашу, который был гражданским. Родители разговорились с ним.

Я в это время работал в Туле так как хотел перебраться в Москву. Но туда на работу без Московской прописки не брали. А в Туле брали даже без прописки. Так что я ничего не терял работая в Туле с Бакинской пропиской и пробуя найти возможность перебраться в Москву. Моим родителям все это не нравилось и они хотели, чтобы я вернулся в Баку.

Когда Саша все это услышал, он сразу нашел способ разрешить противоречие. Он сказал, что знает в Москве организацию, которая берет на работу с иногородней пропиской. Она называлась АСУГазМетрология и занималась "наладкой" АСУ на объектах газовой промышленности по всей стране. В Баку у нее был участок, который налаживал АСУ на Нефтяных Камнях в Каспийском море рядом с Баку и в Средней Азии на объектах газопровода Бухара — Урал. Все работники участка числились на работе в Москве, так как только там был Отдел Кадров и Бухгалтерия. Зарплату получали из Москвы почтовым переводом. Программисты и электронщики назывались в ней наладчиками а руководители групп прорабами. Начальник участка назывался старший прораб. Звали его Расим Касимов и он размещался в подвале одного из Бакинских домов с какими-то бумагами. Он был единственным работником предполагавшимся все время находиться в Баку. Все остальные, включая простых прорабов и инженеров-наладчиков, предполагались находиться в командировке на объектах наладки с первого по последний день каждого месяца и возвращаться в Баку только в последний день месяца, чтобы снова уехать в командировку на месяц на сдедующий же день. Но кто же на это согласится? Поэтому одной из задач прорабов было достичь устной договоренности с администрацией на объектах, что наладчики будут там только две недели в месяц, но отмечать командировку им будут за весь месяц. Чтобы кто-то был на объекте все время, наладчики ездили туда посменно: две недели там, две недели дома. Но поскольку командировку им отмечали за весь месяц, получали они зарплату, суточные, командировачные, Кара-Кумский (или морской) коэффициент и 40% премии тоже за весь месяц.

Саша собственно тоже числился простым наладчиком но никакой "наладкой" не занимался и никуда не ездил хотя все время как и другие наладчики числился в командировке. Он был ученым евреем при императоре, то есть делал всякую бумажную работу за Расима Касимова.

Всего этого Саша моим родителям конечно же не сказал. Я узнал это позже, когда стал там работать. Моим же родителям он только обрисовал радужные перспективы, что я буду числиться на работе в Москве, хорошо зарабатывать и ездить только на 1-2 недели каждый месяц а остальное время буду находиться в Баку. Меня в этом плане устраивало первое обстоятельство, а моих родителей последнее. Я наивно полагал, что запись в трудовой книжке, что местом моей работы является Москва, поможет мне как-то действительно перебраться в Москву. А Саша, как он потом признался, своим предложением хотел просто отомстить за то, что мой отец когда-то взял его брата на работу не в Баку а в 25-ти км от Баку. Он подговорил Касимова направить меня как можно дальше, на газопровод Бухара — Урал в пустыню Кара-Кум.

Но наладкой на газопроводе Бухара — Урал руководил хороший парень, прораб Миша Погосов. Он отнесся ко мне сочуственно и сразу понял, что на самом газопроводе мне делать нечего, так как налаживать там надо было только электронику. Зато в вычислительном центре администрации газопровода в Ургенче я мог очень даже пригодиться. Правда приказ был загнать меня подальше в Кара-Кумы. Но Миша нашел как разрешить это противоречие. Он просто договорился с администрацией газопровода в Ургенче, что отмечать мне командировку будут не в вычислительном центре а где-то на самом газопроводе в Кара-Кумах километрах в 30 от Ургенча, где кстати был районный коэффициент 1.6. Так что и волки были довольны и овцы очень даже сыты.

Теперь надо было определиться с жильем. Начальник вычислительного центра предложил разместить меня в доме отдыха газопровода в Ургенче. Мне выписали туда путевку и я расположися в доме отдыха на полном довольствии и с бесплатным массажистом корейцем. Так продолжалось какое-то время, пока Погосов не придумал лучший вариант.

Электронщикам, которые действительно приезжали налаживать автоматику на станциях газопровода в Кара-Кумах, нужны были разные приборы, например осциллографы. Их надо было где-то хранить. И вот Погосов придумал хранить их в номере гостиницы. И чтобы не мелочиться, он сразу снял в аренду номер в гостинице Интурист в Ургенче. В нем он сам и жил, когда приезжал в Среднюю Азию. В остальное время он поселял туда меня. Наладчики-электронщики проводили там тоже ночь-две в начале и конце смены, когда сдавали или брали приборы.

- Ты, Женя, будешь у нас складчиком, - сказал мне Миша, - Мы знаем, что ты не анти-семит а анти-шиит, - добавил он.

(продолжение следует)